Мексика

Идёшь.Наступаешь на ноги.В рукахпревращаетсяранец в лассо,а клячи пролёток —мустанги.Взаправдуигрушечныйрос магазин,ревелпароходный гудок.Сейчас жесбегув страну мокасин —лишь сбондюрубль и бульдог.А сегодня —это не умора.Сколько миль водывинтом нарыто,—и встаётживьёмстрана ФениамораКупераи Майн Рида.Рёв сирен,кончается вода.Мы прикрученык землео локоть локоть.И берётнабитый «Лефом»чемоданМонтигомоЯстребиный Коготь.— Ястребиный Коготь!Я жтвой «БледнолицыйГде товарищи?чего таишься?Помнишь,из-за клумбыстреламиотравленнымив Кутаисебилимыпо кораблям Колумба? —ЦедитзлобноКоготь Ястребиный,медленно,как треснувшая крынка:Ну, а тех из нас,которыхпулькипощадили,просвистевши мимо,кабакамикактусовый «пульке»добиваетпо 12-ти сантимов.Заменилачемоданов кучастрелы,от которыхникуда не деться...—Огрызнулсяи пошёл,сомбреро нахлобучавместо радугииз перьевптицы Кетцаль.Года и столетья!Как ни коситекорявые камниМехико-ситиЭтобылотак давно,как будто не было.Бабушки столетних попугаевне запомнят.Здесьиз зыби озеравставал Пуэбло,дом-коммунав десять тысяч комнат.И золотомежду озёрных зыбейлежало,аж рыть не надо вам.Чего ещё,живи,бронзовей,Но очень надоза морембелым,Жаднау белогоИзабелла,женакороля Фердинанда.Сквозь пальмы,сквозь кактусы лезпо этой дорогеиз Вера-КруцгенералЭрнандо Кортес.Пришёл.Вода студёнаяхочетвскипеть кипяткомот огня.Дерутся72 ночиХраняткраснокожихдвумордые идолы.От пушекне видно вреда.Как мышь на сало,прельстясь на титулы,своихМоктецума предал.Напрасно,разбитыхв отряды спаяв,Гватемокв озёрной водемок.Чтопротив пушекстрелёнка твоя!..Под пыткамиумер Гватемок.И вот стоим,индеец да я.Товарищдалёкого детства,он умер,чтоб в бронзевеками стоятьВнизугромыхаетстолетий орда,Что братьям его,рабам,чехардавсех этих Хуэрти Диэцов?..Прошлагодов трезначная сумма.Героиканынче не тема.пивною маркой —Гватемок.Буржуивсёпод одно стригут.Теперьв утешенье земле-старикулишь двеконкурентки фирмы.Ни лиц пожелтелых,ни солнца одёж.В какуюогромную лупу,в какой трущобетеперьнайдёшьЧто Рига, что Мехико —родственный жанр.Латвиятропического леса.Вся разница:зонтик в руке у рижан,а у мексиканцев«Смит и Вессон».Две Латвиис двух земных боков —лишь тем,что в Мексикережут быковв театре,а в Риге —на бойне.И совсем как в Риге,около пяти,проклинаямамову опеку,фордомразжигая жениховский аппетит,кружат дочкипо Чапультапеку.А то,что тут урожай фуража,так это от солнца,—сидии рожайНаверху министрыв бриллиантовом огне.Под —народ.Голейший зад виднеется.Без штанов,во-первых, потому, что нет,во-вторых,—не полагается:индейцы.Обнищаломоктецумье племя,и стоит онотам,где городвыбегна окраины прощатьсяперед вывескоймуниципальной:«Без штановв Мехико-ситивход воспрещается».Пятьсотпо Мексикенищих племён,а сытыйс одним языком:Нельзяборьбев племена рассекаться.Нищий с нищимирядом!Несисьпо землеиз страны мексиканцев,роднящий крик:«Камарада!»Голодмастер людей равнять.Каждый индеец,кто гол.В грядущем огнеродня-головняацтек,метиси креол.Страна!Поди,покори её!Встаютвзамен одного ЗапатыГальваны,Морено,Карио.Сметайс горбовтолстопузых обузу,ацтек,креоли метис!Скорейнад мексиканским арбузом,